В здании кампуса RGUKT-Этчерла в округе Шрикакулам кондиционеры боролись с июньской духотой, а в коридорах тянулись очереди семей. Студенты, окончившие десятый класс с отличием, пришли с родителями на консультацию по зачислению на шестилетнюю интегрированную инженерную программу. Университет выставил транспорт, еду и воду — тысяча мест, и на каждое несколько надежд. Этот день, 23 июня 2026 года, был лишь одним из множества пунктов на глобальной карте образовательного отбора, где одновременно вскрывались результаты тестов, начинались приёмные кампании и обновлялась статистика отъездов.

В тот же вторник Национальное тестирующее агентство Индии объявило итоги CUET-UG — единого вступительного экзамена для центральных университетов, который с 2022 года заменил прежнюю мозаику из школьных отметок и отдельных испытаний. Из почти 1,2 млн явившихся один кандидат набрал сотый процентиль по четырём предметам из пяти — случай, который в индийской прессе описывают не как аномалию, а как символ растущей конкурентной плотности. Ещё 22 человека получили максимум по трём дисциплинам, 180 — по двум, и более трёх тысяч — по одной. Экзамен прошёл в 321 городе, включая 13 центров за пределами страны, и его результаты были готовы за 16 дней — на две недели быстрее, чем годом ранее. Агентство отметило, что регистрация выросла на 15%, а число участниц-девушек — почти на 20%.

Почти синхронно министр просвещения России Сергей Кравцов, выступая на Всемирном конгрессе учителей истории, привёл цифры ЕГЭ по своему предмету: средний тестовый балл поднялся с 55,8 до 57,8, доля высокобалльников — с 11,7% до 15%, а 260 человек получили сто баллов. Рост, по мнению ведомства, отражает не только методические усилия, но и меняющееся отношение к гуманитарному знанию. При этом французский бакалавриат 2026 года дал противоположную оптику: число допущенных к основной сессии выросло до 262 442 человек, однако доля успешно сдавших опустилась до 64,8% — на три процентных пункта за два года. Девушки во Франции по-прежнему опережают юношей более чем на восемь пунктов, а количество кандидатов, отправленных на пересдачу, увеличилось на 16 тысяч. Парадокс — больше дипломов, но ниже процент успеха — объясняется просто: экзамены приходят всё более многочисленные когорты, и планка не поднимается пропорционально.

За этими рядами цифр проступает иной, более тихий сюжет — исход. В 2024 году Италию покинули 141 056 человек, следует из социального отчёта Inps; это самый высокий показатель за десятилетие и более чем утроение по сравнению с 2003 годом. AlmaLaurea уточняет: около 7 800 выпускников вузов ежегодно начинают карьеру за границей сразу после диплома, и лишь один из шести допускает возвращение. Почти 30% магистров называют причиной нехватку удовлетворительных предложений в Италии, ещё столько же — конкретное приглашение от иностранного работодателя. Разница в зарплатах через пять лет после выпуска — 2 941 евро против 1 840 — превращает временный отъезд в постоянный. Одновременно в Малайзии политехнические колледжи зафиксировали обратный наплыв: 30 488 первокурсников сессии 1 2026/2027, что превысило плановый набор на 125%. Министр высшего образования Замбри Абдул Кадир признал, что такой наплыв создал «некоторые трудности» с размещением, и распорядился принимать срочные меры по общежитиям.

Все эти июньские срезы — индийский отличник с четырьмя сотыми процентилями, российский школьник, вытянувший историю до 57,8, французский выпускник, идущий на пересдачу, итальянский исследователь, упаковывающий диплом в чемодан, малайзийский подросток, которому не хватило койки в общежитии, — складываются в общую картину. Образовательные системы всё быстрее сортируют, аттестуют и перераспределяют молодых людей, а демографические весы скрипят под тяжестью встречных потоков: рождаемость падает, миграция квалифицированных кадров ускоряется, и каждое лето приносит новые списки — зачисленных, уехавших, оставшихся на второй круг.