В конце мая 2026 года парламент Японии одобрил закон о создании Национального разведывательного совета и Национального разведывательного бюро — крупнейшую реорганизацию системы координации спецслужб за послевоенные десятилетия. Решение было принято на фоне публикации газетой The New York Times расследования, основанного на данных пяти западных разведок, согласно которому в Токио под прикрытием дипломатических и коммерческих структур действует 20-е управление ГРУ, занятое закупкой компонентов двойного назначения для российской военной промышленности.

Официальный Токио в лице генерального секретаря кабинета министров Минору Кихары признал растущую необходимость противодействия иностранной разведывательной деятельности, не комментируя напрямую публикацию, но указав на принятый закон как на инструмент укрепления национальной безопасности. Ранее премьер-министр Санаэ Такаити заявляла, что без самостоятельного потенциала сбора и анализа стратегической информации Япония окажется ослабленной в дипломатической, оборонной, экономической и технологической сферах. По оценкам источников в западных разведках, ключевой фигурой сети является Максим Фильченков — офицер ГРУ, действующий под прикрытием должности в токийском офисе «Аэрофлота»; утверждается, что он координирует закупку микрочипов, передатчиков и иных компонентов, которые затем через посредников и третьи страны — Вьетнам, Узбекистан, Шри-Ланку — попадают в Россию. Киев, со своей стороны, направил в МИД Японии не менее восьми дипломатических нот с доказательствами обнаружения японских компонентов в сбитых ракетах и дронах; по оценкам украинского правительства, до 90% российских ракет и беспилотников содержат детали японского происхождения.

Реформа призвана преодолеть многолетнюю раздробленность японских спецслужб, при которой информация распределялась между несколькими ведомствами с собственными каналами и приоритетами, что затрудняло обмен данными и оперативное информирование руководства. Новое Национальное разведывательное бюро, создаваемое на базе Кабинета разведки и исследований, получит полномочия по централизованному сбору и анализу сведений от всех министерств и ведомств. По мнению экспертов в Токио, этот шаг продиктован не только стремлением повысить эффективность управления, но и растущим давлением со стороны Китая, России и КНДР, которое японское руководство характеризует как беспрецедентное.

Закон уже принят, и в ближайшие месяцы ожидается формирование новых структур. Параллельно Токио предстоит решить, каким образом реагировать на вскрытую расследованием сеть: по имеющимся данным, никаких процессуальных действий в отношении Фильченкова или связанных с ним посредников японские власти пока не предприняли. Внешнеполитическое ведомство Японии ограничилось заявлением о сотрудничестве с западными партнёрами в сфере экспортного контроля, однако проблема реэкспорта через третьи страны и двойного назначения микроэлектроники остаётся нерешённой.