Франция в середине июля 2026 года провела два параллельных дипломатических мероприятия высокой интенсивности: в Рабате премьер-министр Себастьян Лекорню сопредседательствовал на 15-м заседании Межправительственного комитета высокого уровня с Марокко, а в регионе Рейнланд президент Эмманюэль Макрон и канцлер Фридрих Мерц открыли германо-французский совет министров с выездным заседанием оборонного совета на авиабазе Нёрфених. Оба трека, по оценке источников в Елисейском дворце, призваны закрепить переформатирование ключевых двусторонних союзов Парижа до истечения президентского мандата Макрона в 2027 году.

Марокканский вектор, как следует из заявлений Лекорню и его визави Азиза Аханнуша, выходит за рамки восстановления институционального диалога, прерванного в 2019 году. Стороны подписали 14 соглашений — от проекта региональной электрички в Рабате и управления водными ресурсами до сотрудничества в области кинематографа и преподавания арабского языка во французских школах. Однако центральным элементом встречи стало объявление о подготовке «беспрецедентного договора о дружбе» (traité d’amitié hors normes), который, по замыслу Парижа, должен быть подписан по итогам государственного визита короля Мухаммеда VI во Францию. В Рабате подчёркивают, что нынешнее заседание — первая правительственная имплементация «усиленного исключительного партнёрства», провозглашённого во время визита Макрона в Марокко в октябре 2024 года. Тогда же французская сторона официально поддержала марокканский план автономии Западной Сахары, что, по мнению марокканского правительства, сняло главный политический раздражитель и превратило сахарский вопрос из предмета спора в предпосылку нормализации.

Параллельно на германском направлении Макрон и Мерц провели рабочий ужин в замке Бенсберг, а затем переместились в замок Аугустусбург в Брюле — место, где в 1960 году Шарль де Голль предложил Конраду Аденауэру Елисейский договор. Канцлер ФРГ назвал этот договор «основой нашей работы», а французский президент заявил о «подлинном франко-германском сближении» в европейской повестке. Ключевым пунктом программы стало заседание Совета обороны и безопасности на авиабазе бундесвера, куда были переброшены два французских истребителя Rafale, способных нести ядерное оружие. По информации германских ВВС, в ходе учений была проведена дозаправка немецкого Eurofighter от французского самолёта. В Берлине и Париже подтверждают, что переговоры включают тему расширенного ядерного сдерживания на базе французского арсенала — договорённость об этом была достигнута ещё в марте 2026 года. Таким образом, после пробуксовки проекта истребителя FCAS стороны пытаются придать новую динамику оборонному сотрудничеству, встроив его в концепцию «стратегического пробуждения Европы».

С точки зрения аналитиков в Брюсселе, синхронная активизация южного и восточного треков отражает стремление Парижа зафиксировать долгосрочные институциональные рамки с ключевыми партнёрами до президентских выборов 2027 года, когда Макрон не сможет баллотироваться вновь. Для Москвы эти манёвры означают дальнейшее структурирование европейского оборонного полюса с ядерным измерением и укрепление позиций Франции в Магрибе — регионе, где Кремль традиционно стремился сохранять влияние. Ожидается, что государственный визит Мухаммеда VI во Францию состоится до весны 2027 года и завершится подписанием договора о дружбе, а конкретные проекты франко-германской оборонной кооперации будут обнародованы по итогам министерского совета в Брюле.