Соединённые Штаты возобновили военно-морскую блокаду иранских портов и нанесли новую серию ударов по военным объектам Ирана, а президент Дональд Трамп в интервью Fox News предупредил, что со следующей недели целями станут электростанции и мосты, если Тегеран не вернётся за стол переговоров. В ответ Корпус стражей исламской революции (КСИР) заявил, что Ормузский пролив останется закрытым до прекращения «актов агрессии» США, и пригрозил остановить весь экспорт нефти и газа из региона, подчеркнув: «Экспорт энергоносителей будет либо для всех, либо ни для кого». Одновременно иранские силы нанесли удары по американским объектам в Бахрейне, Кувейте и Иордании; ПВО этих стран перехватили часть ракет и беспилотников.

Позиции сторон диаметрально расходятся. Центральное командование США (CENTCOM) характеризует блокаду и удары как меры по «дальнейшему ослаблению иранских возможностей, используемых для атак на коммерческое судоходство», и возлагает на Тегеран ответственность за обстрелы семи гражданских судов, в результате которых, по данным американского адмирала Брэда Купера, погибли, пропали без вести или получили ранения около дюжины членов экипажей. Иранский МИД, напротив, называет США «агрессором, а не жертвой» и настаивает на своём суверенном праве контролировать пролив. Угроза Трампа нанести удары по мостам и электростанциям — объектам, защита которых прямо предусмотрена Женевскими конвенциями 1949 года, — уже привлекла внимание международных правозащитных структур: ранее Верховный комиссар ООН по правам человека Фолькер Тюрк предупреждал, что умышленные атаки на гражданскую инфраструктуру являются военным преступлением.

Фактические последствия эскалации ощущаются далеко за пределами зоны конфликта. Ормузский пролив, через который в мирное время проходит около пятой части мировых поставок нефти и сжиженного природного газа, фактически парализован: танкерное движение практически остановлено, а цены на нефть марки Brent поднялись до максимальных за месяц значений. Временное перемирие, заключённое 17 июня и предполагавшее 60-дневный период переговоров по иранской ядерной программе, де-факто рухнуло. По оценкам региональных аналитиков, возобновление блокады — в сочетании с отказом Трампа от идеи 20-процентного сбора за транзит в пользу «масштабных торговых и инвестиционных сделок» с государствами Персидского залива — свидетельствует о ставке Вашингтона на сочетание военного давления и экономического стимулирования союзников для принуждения Ирана к диалогу.

Конфликт вокруг пролива развивается с 28 февраля, когда США и Израиль нанесли первые удары по иранской территории. С тех пор Тегеран методично использовал контроль над Ормузским проливом как рычаг давления, а Вашингтон — наращивал военно-морскую группировку: сейчас в Аравийском море находятся более 20 американских боевых кораблей, включая два авианосца и десантный корабль с тысячей морских пехотинцев на борту, и сотни самолётов. Заместитель министра иностранных дел Ирана Казем Гарибабади уже заявил, что усиление военного и экономического давления не заставит Тегеран вернуться к переговорам. В этих условиях дипломатический трек остаётся заблокированным, а перспективы деэскалации — неопределёнными: Трамп пообещал продолжать удары, «пока не скажу „хватит“», иранское руководство, в свою очередь, предупредило о готовности перекрыть и другие экспортные маршруты, обслуживающие интересы США и их союзников.