В одном из самых напряженных моментов эпизода обессиленный и преследуемый Эйгон Таргариен, чье тело все еще носит следы страшных ожогов, стоит перед армией, верной Рейенире. Как отмечает обозреватель Forbes, в этот миг из леса за его спиной раздается тяжелая поступь дракона. Это не Вхагар, а Солнечный Огонь — зверь, которого сам Эйгон считал мертвым. С половиной отвисшей морды, но достаточно сильный, чтобы испепелить вражеский отряд, дракон возвращается к своему всаднику. Режиссер эпизода Нина Лопес-Коррадо в интервью Entertainment Weekly пояснила, что дракон был «очень близок к смерти», но связь с Эйгоном и время, проведенное в забытьи, позволили ему «восстановить достаточно сил, чтобы вернуться и спасти его». Этот момент, по мнению Forbes, становится одним из лучших в сезоне и знаменует начало «арки искупления» для некогда потерянного короля.

Параллельно с этим физическим воскрешением серия погружает зрителя в лабиринт сознания Хелейны Таргариен. Ее дар видеть будущее, известный по прошлым сезонам, в этой серии обретает пугающую конкретику. Excelsior описывает три ее видения. В первом у нее отнимают новорожденного младенца, что намекает на трагическую судьбу ее потомства в войне за престол. Второе видение показывает саму Хелейну верхом на Пламенной Мечте (Dreamfyre) во время штурма Драконьего Логова — события, которое, как напоминает издание, в книге Джорджа Мартина «Пламя и кровь» станет переломным моментом Танца Драконов и приведет к гибели многих из них. Третье, самое загадочное видение, рисует белого коня, солнечное затмение и снег, покрывающий землю, что породило среди фанатов теории о символе смерти или отсылке к Долгой Ночи.

Эти творческие решения, однако, легли на благодатную почву для споров. The Independent напоминает, что Джордж Р. Р. Мартин публично дистанцировался от сериала, назвав в своем блоге грядущие изменения в третьем и четвертом сезонах «более масштабными и токсичными». Шоураннер Райан Кондал в ответ назвал критику автора «разочаровывающей», подчеркнув, что книга «Пламя и кровь» — это «неполная история», требующая творческой интерпретации и изобретения новых связующих нитей для экранизации. Режиссер Нина Лопес-Коррадо, защищая отступления от канона, заявила, что они помогают «развить сюжетные линии персонажей», и признала, что это «очень спорное заявление для преданных фанатов».

В центре этих споров оказывается именно образ Хелейны. В сериале она предстает куда менее грозной фигурой, чем в книге, отказываясь летать на драконе из страха перед развращающей силой. Однако видение, где она уверенно восседает на Пламенной Мечте и приказывает ей изрыгать пламя, создает драматический разрыв между ее нынешним состоянием и возможным будущим. Это расхождение, как и похищение Корлиса Велариона Ормундом Хайтауэром, отсутствующее в книге, по мнению Лопес-Коррадо, было «сильно исполнено как сценаристами, так и актерами» и служит фундаментом для финала сезона.

Финал же, как ожидается, покажет Битву при Тамблтоне — одно из самых кровопролитных сражений книжного канона. А пока зритель остается с двойственным, тревожным послевкусием: хохот Эйгона на фоне изуродованного, но живого Солнечного Огня звучит почти триумфально, тогда как безмолвный ужас Хелейны перед образами грядущего снега и затмения оставляет после себя лишь холодное, неразрешимое эхо.