Советник верховного лидера Ирана по военным вопросам Мохсен Резаи в интервью государственному телеканалу Press TV сообщил, что Тегеран завершил подготовку к нанесению ударов по трём целям на территории Украины, однако отменил операцию после того, как Киев принёс извинения за атаку на иранское судно в Каспийском море. Никаких доказательств в подтверждение своих слов Резаи не привёл, а конкретные объекты не назвал.

Поводом для эскалации стал инцидент 25–26 июля, когда, по версии Тегерана, украинские силы атаковали иранское торговое судно, перевозившее груз железа. В результате погиб один моряк, ещё несколько получили ранения. Иранский МИД охарактеризовал произошедшее как «акт агрессии» и предупредил, что он «не может остаться без ответа». Украинская сторона, в свою очередь, заявила, что её удары были нацелены на два российских судна, задействованных в транспортировке военных грузов из Ирана в Россию, и не имели целью гражданские объекты.

Напряжённость удалось снизить после телефонного разговора министров иностранных дел двух стран, состоявшегося 28 июля. По данным иранских официальных лиц, глава украинского внешнеполитического ведомства Андрей Сибига охарактеризовал атаку как непреднамеренную и заверил, что Киев не стремится к дальнейшей эскалации. В то же время иранский министр Аббас Арагчи, согласно сообщениям, указал, что Украина должна компенсировать нанесённый ущерб. Позднее Сибига подтвердил факт «откровенного разговора» и подчеркнул, что все действия Украины направлены исключительно на защиту от российской агрессии.

Инцидент вписывается в контекст углубляющегося военно-технического сотрудничества Ирана и России: Тегеран с 2022 года поставляет Москве ударные беспилотники и, по данным западных источников, наладил их лицензионное производство на российской территории. Каспийское море, где произошла атака, превратилось в один из ключевых логистических маршрутов для переброски иранских вооружений. На данный момент непосредственная угроза иранского удара по Украине снята, однако требование Тегерана о компенсации остаётся в силе, а сам инцидент демонстрирует сохраняющийся риск прямого столкновения на периферии российско-украинской войны.