В то утро 90-летняя Марджи, как обычно, сама расставляла кофемашину в жилом отсеке дома на колёсах. Её дочь и зять подключали электричество и воду снаружи, а Марджи нажимала кнопку, чтобы разложить диван, и доставала пластиковые бокалы для вина — отметить прибытие в очередной кемпинг. За три месяца прошлогоднего путешествия по США она ни разу не согласилась быть просто пассажиром: собирала хворост для костра, болтала с соседями о маршрутах, а после обеда играла на арфе или вязала кухонные полотенца с надписью «Сделано с любовью» для будущих гостей. Когда поездка закончилась, Марджи сразу начала собираться в следующую — журналы, вязание и арфа уже упакованы.

Для 30-летней американки, которая к этому возрасту сменила десять городов и семь штатов, временность — единственный знакомый формат. «Я нигде не жила дольше пяти лет, — признаётся она. — У меня не глубокие корни, а широкие: они расходятся под границами штатов, через реки и горы». Такая биография, по её словам, учит не бояться входить в любую комнату, но и не торопиться нарушать сложившийся порядок. Правда, широкие корни не дают того, что дают глубокие: у неё нет «самого старого друга», который помнил бы её с детства, — каждая дружба начинается с середины истории.

На этом фоне результаты опроса, проведённого девелоперской компанией PIONEER среди жителей крупных российских городов, выглядят почти антитезой. 88% респондентов мечтают поселиться рядом с рекой или озером. Для 81% главный соблазн — красивый вид из окна, для 65% — прогулки по набережной, а 23% связывают такое жильё с чувством успешности. При этом 26% готовы переплатить за близость к воде, хотя эксперты отмечают, что найти подходящий объект сложно, особенно в Москве, где новостроек у воды мало, а цены заметно выше средних.

Впрочем, компромисс между мечтой и реальностью иногда принимает неожиданные формы. Одна пара, прожившая в браке больше 15 лет, на год сняла квартиру на 19-м этаже в центре Миннеаполиса: муж грезил городскими видами, жена выросла в лесах Миннесоты и сомневалась. Через несколько месяцев оба признали, что одного года мало, и решили остаться. Другая женщина вместе с мужем продала почти всё имущество в Оттаве и уехала в Японию по годовой визе, чтобы жить в краткосрочной аренде, переезжая из Токио в Осаку, а затем в Кумамото. «Я постоянно трачу на жильё меньше, чем дома», — говорит она: двухкомнатная квартира в Осаке обходилась чуть дороже 1600 канадских долларов в месяц со всеми счетами, а в Кумамото — около 1200.

Марджи, чей дом на колёсах когда-то назывался Whimsey — «причуда», потому что она купила его impulsively в 82 года, — не считает свой образ жизни исключительным. Она просто продолжает собирать вещи для следующего маршрута, который пройдёт через Колорадо, Иллинойс, Мичиган и ещё несколько штатов. В 90 лет, по словам дочери, она остаётся «любопытной, легко приспосабливающейся и готовой быть частью приключения, а не просто ехать рядом».