Иранский посол в Пекине Абдолреза Рахмани Фазли заявил о введении сервисных сборов за транзит через Ормузский пролив после окончания 60-дневного периода бесплатного прохода, предусмотренного американо-иранским меморандумом от 17 июня. При этом Тегеран пообещал «особые условия» для стран, которые поддерживали Иран в «трудные времена». Одновременно иранский МИД предупредил Великобританию и Францию, что пролив «не является ареной для демонстрации военной силы внерегиональных государств», и отверг их договорённость с Оманом о совместном разминировании, назвав безопасность пролива исключительной ответственностью Ирана и султаната.

Между тем внутри иранского руководства, по данным осведомлённых источников, нарастает конфликт между правительством президента Масуда Пезешкиана и командованием Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Пезешкиан, ориентированный на возобновление доступа к замороженным активам (включая $6 млрд в Катаре) и смягчение санкций, столкнулся с позицией КСИР, который настаивает на бессрочном контроле над проливом и готов поставить под угрозу разблокировку средств ради взимания платы, способной, по некоторым оценкам, приносить до $40 млрд в год. Аналитики в Брюсселе предупреждают, что такая линия может лишить Тегеран крайне необходимых ресурсов для поддержки экономики, которая, согласно прогнозам международных финансовых институтов, сократится на 10% в 2026 году.

Вашингтон отвергает введение платы за проход, а инициированный Оманом, США и ООН альтернативный южный коридор оказался неработоспособным: силы, подконтрольные Тегерану, атаковали несколько судов, попытавшихся им воспользоваться, а инициатива Международной морской организации (ИМО) по безопасной эвакуации судов была приостановлена в течение суток. По информации сервисов мониторинга морского трафика, как минимум восемь кораблей, приблизившихся к мухафазе Мусандам, развернулись, не решившись войти в пролив без санкции иранских координационных центров. При этом переговоры в Дохе завершились без прогресса в вопросе размораживания средств, что, по замыслу поэтапного меморандума, является условием для начала обсуждения иранской ядерной программы.

Сложившаяся ситуация сохраняет неопределённость для глобальных энергетических рынков: через Ормузский пролив проходит до пятой части мирового экспорта нефти и сжиженного природного газа. Для России, как полагают аналитики в Москве, кризис может ускорить диверсификацию маршрутов поставок углеводородов и повысить значимость альтернативных транспортных коридоров, включая Северный морской путь. Дальнейшее развитие событий зависит от ответа США на предложенный Тегераном через пакистанских посредников 14-пунктный план урегулирования, на который отведён 30-дневный срок, а также от способности катарской дипломатии найти компромисс между конфликтующими группировками внутри Ирана, определяющими будущее стратегического водного пути.