Обнародованная в середине июля 2026 года финансовая отчётность президента США Дональда Трампа зафиксировала резкое изменение структуры его личного состояния. Согласно документам, поданным в Управление по этике государственной власти, в 2025 году Трамп получил более 1,4 млрд долларов от семейных криптовалютных проектов — World Liberty Financial и мемкоина Trump, — однако значительная часть этих средств была оперативно переведена в традиционные инструменты. За два года портфели акций и облигаций президента выросли минимум в четыре раза: с диапазона 225–608 млн долларов на конец 2024 года до 703 млн – 2,6 млрд долларов на конец 2025-го. Американские эксперты по цифровым активам, опрошенные Reuters, расценивают такую динамику как поведение человека, не рассматривающего криптовалюту в качестве основного средства сбережения, а извлекающего из неё быструю прибыль для последующего «перекладывания» в менее волатильные активы.

Параллельно расследование Washington Post выявило, что сыновья президента — Дональд Трамп-младший и Эрик Трамп — в последние годы активно инвестировали в стартапы оборонных технологий, которые затем получали многомиллиардные контракты от Пентагона. Из 15 компаний, куда вошли средства братьев, десять имели государственные заказы ещё до президентства Трампа, однако пять получили их впервые именно после инвестиций. Совокупный объём уже распределённых контрактов превысил 3,2 млрд долларов, а с учётом опционов — 6,3 млрд. При этом 97% средств достались двум гигантам — SpaceX Илона Маска и Anduril, — а остальные 13 фирм разделили чуть более 100 млн. По мнению шведского эксперта-американиста Андреаса Уттерстрёма, подобное сращивание бизнеса и политики стало возможным из-за размывания правовых и этических норм: прецеденты Верховного суда США, сформированного при Трампе, резко повысили порог доказывания коррупции, а широкая президентская иммунитетная защита затрудняет определение, в каком качестве — официальном или частном — действует глава государства.

На этом фоне показателен кейс основателя Dell Майкла Делла. Его состояние с начала года выросло на 83,5 млрд долларов, достигнув 223 млрд, а акции компании подорожали на 240% на волне ИИ-спроса. Однако публичная близость к Трампу принесла и прямые дивиденды: в декабре 2025 года фонд Делла и его супруги вложил 6,25 млрд долларов в президентскую программу инвестиционных счетов для детей Trump Accounts, после чего президент неоднократно публично рекомендовал покупать продукцию Dell, приобрёл её акции более чем на 1 млн долларов, а компания получила оборонный контракт на 9,7 млрд долларов. В Белом доме называют Деллов «патриотами», жертвующими на благо детей из рабочих семей, однако американские аналитики отмечают, что такая модель взаимодействия стирает грань между филантропией и платой за политическое покровительство.

Сам Трамп в интервью New York Times в начале 2026 года признал, что сознательно отказался от прежних самоограничений: если в первый срок он запретил сыновьям заключать внешнеполитические сделки, то теперь считает это «несправедливым» и ненужным. По оценке Уттерстрёма, общественная анестезия к подобным действиям и правовая инерция делают маловероятными какие-либо немедленные последствия для президента. Ближайшей вехой, способной изменить ситуацию, станут промежуточные выборы в Конгресс в ноябре 2026 года: от их исхода зависит, получит ли оппозиция рычаги для инициирования парламентских расследований финансовой деятельности Трампа и его семьи.