Объявленное в понедельник из Исламабада предварительное соглашение между Вашингтоном и Тегераном о завершении войны на Ближнем Востоке вызвало в Израиле реакцию, близкую к шоку. Хотя документ ещё не финализирован и, как ожидается, будет доработан в течение 60 дней, его рамочные параметры уже воспринимаются в Тель-Авиве как стратегический провал. Бывший сотрудник израильской разведки Дани Ситринович охарактеризовал договорённость как «политическую и охранную катастрофу для Государства Израиль». По мнению израильских аналитиков, сделка де‑факто фиксирует иранские завоевания в регионе, отодвигая на неопределённый срок самый чувствительный для еврейского государства вопрос — гарантии его безопасности.

Особую тревогу вызывает не столько содержание будущего договора, сколько сам процесс его подготовки. Израиль не просто отсутствовал за столом переговоров — сам факт того, что о соглашении объявил Пакистан, а не традиционный западный посредник, подчёркивает, по мнению наблюдателей в Тель-Авиве, стремительное ослабление влияния Израиля на внешнеполитический курс Вашингтона. Для премьер-министра Биньямина Нетаньяху, рассчитывавшего подойти к октябрьским парламентским выборам с активом в виде убедительных военных побед над ХАМАС, «Хезболлой» и Тегераном, такой поворот стал двойным ударом. Теперь он сталкивается с растущей внутренней критикой за неспособность достичь заявленных целей войны, а сама архитектура региональной безопасности, на которую опирался Израиль, выглядит всё более зыбкой.

Арабские комментаторы, в частности ливанские и панарабские издания, описывают соглашение как «катастрофу для Израиля и выигрыш для Ирана», фиксируя тем самым восприятие сделки в регионе как асимметричной. Индонезийские аналитики также отмечают, что предварительные условия закрепляют иранские приобретения, оставляя израильские озабоченности на потом. Показательно, что само объявление прозвучало не из Вашингтона или Тегерана, а из Исламабада — это, по мнению ряда экспертов, сигнализирует о расширении круга посредников, способных влиять на архитектуру безопасности Большого Ближнего Востока, и о готовности США делегировать часть дипломатической инициативы нетрадиционным партнёрам.

В оставшиеся до финализации сделки 60 дней Израиль, вероятно, попытается мобилизовать оставшиеся рычаги давления на администрацию США, однако пространство для манёвра выглядит ограниченным. Если соглашение будет заключено в нынешней логике, оно не только закрепит иранские позиции в Ливане, Сирии и секторе Газа, но и может запустить более широкую перегруппировку сил в регионе. Для Москвы, внимательно отслеживающей динамику на Ближнем Востоке, ослабление американского патронажа над Израилем способно создать как новые возможности для диалога с Тегераном, так и риски дестабилизации, если гарантии безопасности для еврейского государства окажутся недостаточными. В любом случае, предварительный документ уже стал маркером тектонического сдвига в региональном балансе сил.